Стрикс
Как зовется звезда, которая тебе снится? (с)
Бордели и “служительницы развлекательных заведений особого рода”

Как уже говорилось ранее, высшая цель жизни аргендской женщины - служение мужу и господину. Так и только так женщина может войти в чертоги Альгриса, где она, прожив добродетельную жизнь, продолжит стоять за плечом своего супруга и во всём поддерживать его, когда тот присоединится к воинству Альгриса. Если же у супруга было несколько последовательных жён по причине вдовства, каждой из них найдется дело.
Иногда случается и так, что девице не удается выйти замуж, и тогда её ждет судьба менее почетная, однако же не лишающая женщину шансов на достойное посмертие - дамы благородных сословий до самой смерти остаются под рукой главы своего семейства: отца, брата, дяди и так далее, часто становясь воспитательницами для его детей.
Женщины из простых сословий, также находясь под рукой главы семейства или, если таковых не осталось, под рукой церкви, могут получить разрешение поступить на работу - прислугой в богатый дом, швеёй, ткачихой... Распоряжаться деньгами по своему усмотрению женщина, однако, вправе лишь настолько, насколько ей позволит это её покровитель.
Участь старой девы, однако, незавидна.

Наконец, если дама преступила свой долг и забыла о чести, если её семья готова от неё отказаться по тем или иным причинам, а иного защитника у неё нет, милосердный Альгрис оставляет ей последний выход - послужить доблестным воинам Альгриса в заведениях особого рода, иначе именуемых борделями.
Бордели разных категорий “приличности” - заведения вполне официальные, находящиеся как под контролем короны, так и под некоторым патронажем даже церкви.
В бордель может попасть женщина, семья которой отказалась далее считать её своей дочерью - такая судьба может постигнуть жену, совершившую прелюбодеяние, но может случиться, что в бордель сдадут непристроенную дочь или сестру, если семья бедна настолько, что их нечем кормить, а шансов на брак у девушки слишком мало.
На держание борделя выдается специальное разрешение, контроль за делами борделей тоже весьма пристальный.
При том что судьба женщины, попавшей в подобное заведение, незавидна, зачастую она лучше, чем смерть от голода. По меньшей мере там ей обеспечена крыша над головой и еда.
Попадая в бордель, женщина теряет родовое имя и связь с прошлым, в качестве фамилии отныне и впредь в её документах будет использоваться название увеселительного заведения, к которому она принадлежит, имена же такие дамы зачастую используют и вовсе вымышленные.

Попечитель “развлекательного заведения особого рода” подобно “главе семейства” получает полную власть над своими подопечными, но также и некие если не обязанности, то ожидания общества по их содержанию и обеспечению самым необходимым.
Статус “служительницы развлекательного заведения”, таким образом, определяется статусом и личной волей её хозяина, образ жизни, набор “предлагаемых услуг” и вообще дальнейшая судьба - всё в руках попечителя заведения, на его совести и репутации.

Что же до встречающихся в борделях работников мужского пола, то, как правило, приводят их туда тоже отнюдь не радужные жизненные обстоятельства. Чаще всего это оказываются такие же "лишние рты" в бедных семьях, которым не повезло уродиться хоть сколько-то симпатичными - и чьи родственники оказались не слишком озабочены честью рода, чтобы, подобно героям старинных сказаний, утирая слёзы, собственноручно убить своих детей, лишь бы не предать их позору. Впрочем, иногда среди подобных юношей попадаются и те, чья история оказалась куда как причудливее. Так или иначе, общество смотрит на них со смесью любопытства и презрения, и шансов добиться хоть сколько-то приличного положения у аргендца с таким пятном на биографии фактически нет.


Актрисы и актёры

Тут стоит сказать отдельно о театре. Аргендская индустрия развлечений сама по себе выросла из заведений, недалеко стоящих от борделей. А потому статус актрисы почти приравнен к статусу “служительницы заведения”, с той лишь разницей, что у актрисы есть, как правило, один “покровитель”, или, как минимум, она стремится к тому, чтобы таковой был один - и в ответ на благосклонность обеспечивал ей достойное содержание и необходимую протекцию. Отдельные театральные труппы, впрочем, отличаются весьма жёсткой дисциплиной, и руководитель такого коллектива может быть едва ли не строже к своим подчинённым, чем самый консервативный аргендский отец. Что до актёров, то они редко пользуются большим уважением (хотя и могут быть объектом восхищения), но в целом общественное мнение к ним благосклоннее, чем к их коллегам-дамам.

Некоторые ортодоксально настроенные аргендцы полагают театр сам по себе зрелищем греховным, однако же Гвир на этот счет ничего не говорит, а потому, если происходящее на сцене не может оскорбить взгляд и слух зрителей или навести зрительниц на небогоугодные мысли, вывести в театр жену и дочерей для аргендца не зазорно.


Любовницы

Грехопадение женщины - связь вне брака или за его пределами - безусловно осуждается аргендской церковью. Но при этом присутствует некоторая двойная мораль.
Довольно распространённой практикой в Аргенде остаётся наличие “официальной любовницы”, которая зачастую живет едва ли не в том же доме, что официальная семья счастливого многожёнца. И хотя “все всё понимают”, представлять такую даму гостям принято как “дальнюю родственницу из провинции” или "воспитанницу".
Так называемые “ночные жёны” (с которыми проводят ночи, как с женой, но при дневном свете супругой называют другую даму или вовсе никого) - явление, о котором знают, но не говорят вслух. Тем не менее, стать “ночной женой” клирика или инквизитора, коим запрещены официальные браки, для женщины, особенно незнатной, может считаться даже некоторой удачей.
Основное отличие от жены официальной заключается в том, что “ночной жене” её “муж” ничего не должен, и в случае чего может легко избавиться от неё, отправив, скажем, в тот же бордель или отослав в семью отца. И хотя общественная мораль осудит такого человека, официальная церковь промолчит - ведь женщина согласилась на такое падение сама, а могла бы, например, броситься на меч, но не расстаться с честью.
Скандалы на сей счёт, тем не менее, редкость. Творящееся за закрытыми дверями аргендских домов остаётся за этими дверями и не выносится на публику.


На актрис и служительниц развлекательных заведений обычно не распространяются правила приличия, обязательные для "пристойных дам". Они могут остаться в мужской компании в качестве “украшения стола”, а на самом деле на правах примерно породистой собаки, при них не стыдно травить анекдоты, петь срамные песни, курить табак и ругаться, и дама такого рода подпоёт похабной или не очень песенке и охотно станцует с пожелавшим танец, предполагающий контакт больший, чем трогательное держание за ручку.

Если же сложилось, что по стечению обстоятельств дам полусвета вывели в одно общество с дамами приличными, и это делается с согласия и позволения сопровождающих приличных дам мужчин, хорошо воспитанные дамы не должны ни в коем случае нарушать правила хорошего тона (например, закатывая своим спутникам скандал), однако при этом им следует держаться так, чтобы никто не заподозрил их в хоть каком-то сходстве с оными прелестницами. Сохранение тонкой грани между доброжелательной любезностью и бесстрастностью в подобной ситуации - искусство, говорящее в хорошем воспитании и изысканных манерах женщины.

@темы: Свитки, Аргенда